10:24 

"Последователи, армия, крепость"

Neon_lights
Хорошая память - лишняя головная боль
Название: "Последователи, армия, крепость".
Автор: Neоn_lights
Фандом: Bleach
Дисклеймер: не моё
Жанр: Дженерал
Рейтинг: PG-13
Персонажи: Айзен Соуске, Хогьёку, Ичимару Гин.
Предупреждение: возможен OOC, спойлеры глав манги (начиная с 500 или где-то около того). Не бечено.
Саммари: Айзен Соуске проиграл, но он готов начать всё сначала.
Размер: мини.
Статус: закончен.




Айзен Соуске слишком поздно понял, что Хогьёку нравилось вести себя по-человечески. Единственный его просчет, и план, вынашиваемый десятилетиями, рухнул как неумело выстроенный карточный домик. Боги, к которым он хотел стать ближе, как оказалось, находили человека достаточно забавным, чтобы начать перенимать некоторые его повадки. Непростительно не знать об этом, когда рвешься на небеса.

Падать пришлось долго. Несмотря на неудачу, постигшую его в конце, он сумел забраться достаточно высоко.

Его победил мальчишка, пусть не совсем обычный, но всё же мальчишка. Его судили те, кого при других обстоятельствах он мог бы убить одним лишь движением. Даже не ударом. Его посадили в клетку, как зверя, с которым не сладить, посадили те, кто не так уж и далеко ушел от обезьян.

У Айзена Соуске больше не было последователей, армии, надежной крепости. Всё, что у него осталось – камень в груди, который теперь не желал помогать ему, и время. Много времени...
Маленькая вечность для того чтобы умерить разыгравшуюся гордыню и найти, где именно он допустил ошибку.

В конце концов, загадка оказалась не такой уж и сложной. Жаль только, что понять, в чем дело, не получилось до того, как его посадили на цепь. Раньше у него было слишком много забот…

Хогьёку училось быть человечным.

Ему нравилось внимание и не нравилась тишина. Это Айзен заметил почти сразу. В тишине камень всегда оставался холодным, сколько бы его ни держали в руках, в то время как чужое присутствие заставляло его пульсировать ровным, довольным теплом. Впрочем, Хогьёку не было всеядно. Ему нравилось выбирать. Оно достаточно прохладно относилось к шуму, который издавали Нноитора и склочная фракция Халибел, и оставалось безразлично к отстраненной речи Улькиорры. Чуть лучше дела обстояли с невнятным бормотанием увлеченного своими экспериментами Заэля; немногословного Тоусена, как ни странно, камень тоже принимал вполне благосклонно.

На Гина Хогьёку реагировало особенно остро. Достаточно было пары смешков Ичимару, наблюдавшего за ссорами мелких пустых, и камень начинал нагреваться и беспокойно трепыхался в ладони.

Впору было вспомнить о лейтенанте Мацумото, о том, что некоторые люди, женщины, испытывают слабость к змеям, но поверить в то, что дело было именно в отношении, в предпочтениях, а не в особенностях чужой реяцу, Айзену в голову не пришло.

Мысль о чем-то подобном появилась лишь в Каракуре, когда Гин лишился руки. Вернувшись к своему владельцу, Хогьёку коротко вспыхнуло, обжигая, точно так же, как и после смерти Тоусена. Выражая свое недовольство.

Оно было радо вернуться. Было радо быть причиной спора, подтверждавшего его значимость, но в то же время не хотело оставаться лишь объектом чьего-то желания. Камень хотел желать сам, и он желал - всё, что мог предложить ему Айзен.

К тому времени Хогьёку научилось быть жадным. Ему достался хороший учитель.

Дело, конечно же, было не только в Ичимару. Увлеченный подъемом на небеса, Айзен упустил из виду множество мелких деталей, касающихся привязанностей камня, исполняющего желания. Стремясь избавиться от всего, что когда-то делало его человеком, а позже шинигами, он не заметил, что орудие, помогавшее ему идти дальше, ценит его последователей, армию и крепость куда больше него самого. И если он сам без особого труда готов был оставить всё это позади, Хогьёку на этот счет имело другое мнение.

Так они оказались взаперти. Так Айзену Соуске пришлось начинать всё сначала.
Для того чтобы вернуть расположение Хогьёку, ему с лихвой хватило года.


***


В день, когда они покинули Сейретей, воздух был пропитан запахом гари и крови. После каждого вздоха на языке оседал металлический привкус, хотя красного вокруг было мало. Зато повсюду была реяцу – та, которую выпускали, чтобы укусить противника побольнее, или же та, что оставалась после убитых рядовых. Мертвая. Она исчезала не сразу, ещё какое-то время плавала перед глазами постепенно гаснущим прозрачным сиянием. Более сильная медленно оседала вниз и замирала почти у самых ног подобием густого тумана, мешающего идти. Шагая в суматохе по Сейретею, Айзен несколько раз видел, как неуклюжие шинигами спотыкались о духовную силу своих погибших товарищей.

Сейретей жгли, а он вдобавок ещё и горел изнутри. Паника распространялась по рядам младших офицеров как чума. Лейтенанты и некоторые капитаны первое время умудрялись поддерживать боевой дух своих людей, но потом стало не до этого. Кое-кто из привыкших идти напролом, такие, как Зараки, ещё могли похвастаться подобием порядка вокруг себя, возводимого одной лишь своей уверенностью – всё идет, как должно, - но Готей уже дал трещину.
Квинси, кто бы мог подумать, что?..

- Т-ты же!..
Айзен медленно повернул голову в сторону и встретился взглядом с перекошенным от испуга парнишкой. Темная форма, темные волосы, темные глаза, - ничего примечательного. Разве что слишком молодой.
- Айзе!..

Договорить он не успел. Глухо хрустнули шейные позвонки, и мальчишка уже мертвым свалился на землю.

« Ты потеряла бдительность», - укоризненно подумал Айзен. С недавних пор он обращался к Хогьёку как к женщине. Камень наконец-то определился с обликом, которым он хотел бы владеть. « Не самое лучшее время и место для этого».
Она только отмахнулась. Иллюзию, которая не позволяла лишним глазам заметить их, впрочем, всё же вернула.
«Нужно уходить» - помолчав немного, вновь напомнил о себе Айзен.

То, что каждый их шаг теперь приходилось согласовывать, всё еще казалось странным, но он обещал себе быстро привыкнуть к этому. От двух сущностей в одном теле было никуда не деться. Ему пока что не хватало сил для окончательного объединения с ней и сохранения при этом своей личности. Пока что.

Хогьёку понимала, что им не следовало задерживаться среди обломков Сейретея, но в то же время что-то удерживало её. Прислушавшись к ним, Айзен понял, что этим чем-то было любопытство. Она ждала.
Спустя несколько минут, он понял, чего именно.

Воздух закипел от обилия чужой реяцу, стал тяжелым, и кучка ошивавшихся поблизости шинигами вместе с небольшой группой квинси невольно согнулась под этой тяжестью.

Айзен лишь слегка покачнулся. Даже в том состоянии, в котором они пребывали сейчас, отголосок чужой силы не мог серьезно навредить ему. Но всё же происходящее действительно было интересным. Он никогда раньше не видел банкай старика Ямамото.

Зрелище оказалось стоящим, но недолгим. Квинси хорошо подготовились, а главнокомандующему Готея стояло разминать свои кости почаще.
Хогьёку разочарованно вздохнула и наконец-то изъявила желание уходить.
Прихода Куросаки Ичиго они уже не застали.

***


На вид мальчишке было лет десять, но могло быть и меньше. Руконгай старил быстрее, чем ползущее как черепаха время.

Тощий, настолько, что раздобытые им где-то дешевые тряпки на нем просто висели, со всклокоченными русыми волосами и чумазым лицом, он напоминал дворового кота. Как и почти у всех детей, которым не удалось родиться сразу же в Сейретее, в его движениях уже начинало появляться что-то хищное. Ещё не зверь, но уже не человек. Звереныш.

Нож в тонких пальцах смотрелся бы смешно, если бы Айзен не видел до этого, как парень ловко перерезал горло двум другим душам. В шестом районе в последнее время опять буйствовали пустые, возможно, мужчины бежали именно оттуда. Бежали слишком уж рьяно, так, что наверняка выбранный жребием часовой заснул, сморенный усталостью. Ошибка эта оказалась для обоих последней.

Убитых мальчишка грабил явно не впервые, слишком уж спокойно себя вел.

« Так вот почему тебе хотелось идти этой дорогой», - усмехнувшись, подумал Айзен. Мальчика он узнал, хоть и не сразу. Не помешали ни изменившийся цвет волос, ни нехватка вечного прищура, ни отсутствие реяцу. « Ты знала, что он будет здесь?»
Хогьёку не ответила, продолжила молча наблюдать за пареньком. Айзен чувствовал, как в его груди теплом расползается её торжество.

- Что у тебя с рукой? – помолчав ещё некоторое время, поинтересовался он у мальчишки.
Тот, вздрогнув, резко обернулся на голос. Окинул Айзена оценивающим взглядом, что-то прикинул в голове и покрепче сжал свой нож. Левой рукой.
- Твои приятели? – чуть хрипло спросил Гин, скупо мотнув головой в сторону пожиток, оставшихся от убитых душ.
- Нет,- подходя ближе, успокоил Айзен. - Ты не ответил на вопрос.

Парень невольно спрятал правую руку за спину: если спрашивают, значит, имеют к этому интерес. Руконгай учил, что чужого интереса следует опасаться. Потом прищурился и улыбнулся, отчего стал похож на лягушонка, точно так же, как и в их прошлую, почти первую, встречу в Готее.

Сколько лет уже успело пройти? Сколько лет прошло с тех пор, как он ушел из Сейретея в день, когда убили Ямамото? Айзен не помнил. У него было много времени в запасе, настолько, что он перестал следить за ним.

- А я должен отвечать на твои вопросы? – насмешливо уточнил Гин.
- Нет, - снова повторил Айзен.

Парень удовлетворенно кивнул и, не разрывая зрительного контакта, принялся торопливо собирать с земли вещи, которые он уже успел найти в карманах одежды убитых. Добычи оказалось не так уж и много, но Гин возился с ней около минуты. Пальцы его правой руки гнулись плохо.

- Поранился?
- Тебе какое дело? – бросил мальчишка, на этот раз холоднее, и поднялся на ноги. Нож он по-прежнему держал направленным в сторону Айзена.
- Никакого.

- Тогда не спрашивай, - фыркнув, посоветовал Гин. Он склонил голову набок, будто бы рассматривая своего собеседника получше, и внезапно нахмурился, поджав губы. – Ты случайно не из этих? Тех, кто по мальчикам? Если из них, то проваливай. В рот брать не буду.
Смех Хогьёку легкой щекоткой отозвался в затылке. Айзен только слабо улыбнулся.
- Не из них.

- А, - Гин нервно дернул уголком губ, видимо, продолжая гадать, что могло понадобиться от него странному незнакомцу, шатающемуся в одиночку по лесу. Приевшаяся осторожность не позволяла ему поворачиваться к чужаку спиной, и уйти он не мог. Пятиться, когда под ноги так и норовили попасться корни деревьев, было чревато.

« Рука – твоя работа?»
Хогьёку вздохнула, сетуя на недогадливость своего спутника. В голове шелестом пронеслось: «смотри», - и Айзен снова перевел взгляд на Гина.

То, что он увидел, не было реяцу, но чем-то отдаленно напоминало её. Серая полупрозрачная дымка широкой лентой льнула к коже мальчишки, обвивая правую руку от плеча до запястья. Пульсировала, как будто бы была живой, как будто дышала. Или сглатывала.
« Так вот как ты нашла его», - подумал Айзен. « Оно выживает за счет чужой реяцу?»
На этот раз Хогьёку не ответила. Впрочем, это было и не нужно - всё постепенно становилось на свои места.

Тогда, в Каракуре, он оторвал Гину руку. Правую руку. Касание, которым Хогьёку, не желавшая лишаться окружения Айзена, воспользовалась. Шинигами Ичимару Гин умер в тот день и, как и каждая душа, не сожженная Сокиоку и не сожранная пустым, переродился в мире живых. Но там он надолго не задержался. Даже малая часть силы Хогьёку, всего лишь отпечаток её воли, оказалась слишком тяжелой ношей для человеческого тела. Ичимару Гин умер уже как человек, ещё ребенком, скорее всего.

И снова Руконгай, только на этот раз без голода, потому что метка камня питалась чужой реяцу, чтобы выжить, а душам без реяцу голод после смерти не ведом. Мацумото Рангику, с недавних пор капитана третьего отряда, тоже не оказалось под боком. Некого защищать, не к кому привязываться.
На этот раз змея должна была вырасти куда более хладнокровной.

« Его убьют, скорее всего», - обратился к камню Айзен. « Если не убрать метку».
Хогьёку недовольно ощетинилась. Такой расклад её не устраивал.
« Так убери», - глухо произнесла она, и Айзен почувствовал, как они сделали пару шагов вперед, к Гину.
- Что ты?..

Мальчишка не успел закончить вопрос, а они уже прижимали его к ближайшему дереву. Нож оказался ловко выбит из тонкой руки, и Гин остался безоружен.
Первые несколько мгновений он только хватал ртом воздух, переваривая то, с какой скоростью только что двигался незнакомец, а потом понял, что думать некогда. Тогда задергался яростно, царапал удерживавшую его руку короткими ногтями так, что добрался до мяса. Попробовал кусаться, но тут уже Айзен решил, что Гин вдоволь нарезвился, и отвесил парню увесистый подзатыльник. Оглушенный, мальчишка замер, пустым взглядом смотря перед собой. Этого оказалось достаточно.

Чужая кожа была горячей и сухой. Айзен крепко сжал худое запястье, наблюдая за тем, как серая лента медленно подползает к его пальцам и ластится, словно долго ждавшая хозяина собака. Её прикосновений он не чувствовал.

Когда отголосок Хогьёку полностью растворился у него под ладонью, Айзен отпустил Гина, и тот, ещё не успев прийти в себя, медленно сполз вниз по стволу дерева. На бледной коже его запястья красным кольцом выделялся отпечаток руки. Наверняка позже останется синяк.

- Что ты сделал? – глухо спросил Гин, отдышавшись. Поднял глаза на стоящего напротив и широко, неестественно улыбнулся. Айзен помнил эту улыбку.
- Я должен отвечать на твои вопросы?
Мальчишка тихо засмеялся, прикрыв глаза. Не ответил.

« Теперь он вырастет?» - шелестом спросил камень.
« Да», - отозвался Айзен.
« Хорошо», - от чужого вздоха в голове стало холодно.
« Зачем он нужен тебе?»
« Он нужен нам», - негромко поправила Хогьёку. « Нам нужны последователи, армия».

« Нет, не нужны», - мог бы возразить он. Они вдвоем, в одиночку, были способны уничтожить Готей. Сила, которая была у них в Каракуре, вернулась почти что полностью, следовало подождать ещё совсем чуть-чуть. Но Хогьёку, в отличие от него, не хотела принимать этого. Ей по-прежнему нравилось чужое внимание и не нравилась тишина.

И Айзен не стал возражать.
« Сколько меток ты оставила?» - спросил он вместо этого. И она ответила:
« Достаточно».

Гин окончательно пришел в себя и теперь пристально смотрел на стоявшего рядом. Страха не показывал, но Айзен чувствовал, что парень боится. Не боялся бы только дурак, а Гин дураком не был.

- Тебе пора браться за меч, - негромко произнес Айзен. – Нож для тебя уже мелковат. Знаешь, в какой стороне находится Сейретей?
- Зачем мне? – без иронии спросил мальчишка. – Мне и здесь неплохо.
- Что ж, - не стал спорить Айзен. – Думаю, при желании, ты найдешь его и сам.

Больше говорить было не о чем. Пока что.
Он развернулся и зашагал в ту сторону, откуда пришел. Гин не окликнул его, но и нож в спину кидать не стал. Хороший знак.

У Айзена Соуске было время и камень в груди, который готов был помочь ему.
У Айзена Соуске было всё необходимое.

@темы: Джен, Гин, Айзен, PG13, Фанфики

Комментарии
2013-01-13 в 13:36 

Санди Зырянова
Истории лучше камней (с)
Интересный взгляд.
:white:

2013-01-13 в 13:58 

Neon_lights
Хорошая память - лишняя головная боль
Санди Зырянова, приятно слышать) Спасибо за отзыв.

2013-01-13 в 16:54 

Sashkin JB
wailing woman
Очень здорово получилось, действительно интересно *_* Спасибо большое)

2013-01-13 в 19:24 

Neon_lights
Хорошая память - лишняя головная боль
Sashkin JB, ответное спасибо :)

2013-01-15 в 10:34 

Глазъ
No progress.
Прочитала с интересом, необычно, емко, увлекает :red:

2013-01-15 в 23:42 

Очень интересно, понравилось. И отдельное спасибо за Гина:)

2013-01-16 в 20:58 

Neon_lights
Хорошая память - лишняя головная боль
Anshell, рада, что понравилось :)
wene, спасибо! Гин - авторская слабость, так что упоминание о нём в отзыве вдвойне приятно :laugh:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Seireitei Toshokan

главная