Ктая
Инь за Янь зашел, не иначе
Название: Инстинкты
Фандом: Bleach
Автор: Ктая
Персонажи: Заэль-Апорро Гранц, Исида Урю, Абарай Ренджи.
Рейтинг: R
Жанры: агнст, психология, намек на слеш
Размер: мини
Статус: закончен
Аннотация: Согласно официальной книге персонажей Блич, дыра пустого Заэля расположена на головке полового члена, да и имя у его занпакто более чем красноречивое. Исходя из этого, инстинкты Октава Эспады несколько отличаются от инстинктов прочих пустых.
Навеяно ресурексионом Заэля и информацией о нем в официальной книге персонажей Блич.
Дисклаймер: Все права на персонажей и мир принадлежат Кубо Тайто. Выгоды не извлекаю, персонажей обыгрываю ради фана.

Принято считать, что пустые способны испытывать лишь голод и порожденную им жажду убийства. Причины для подобных выводов были, но на самом деле пустые не так уж далеко ушли от людей. По крайней мере, всеми основными инстинктами они обладали*. Просто в начале развития на первое место выходило самосохранение. Новообразованный пустой стремился выжить, пожирая души и убивая конкурентов. Но стоило ему немного поднакопить силы, как во всей красе вылезало желание власти. Полноценной власти над другими минусами пустые могли добиться только к уровню адьюкаса — гиллианы в большинстве своем были слишком тупы и неповоротливы для этого, низшие же пустые еще находились большей частью под влиянием самосохранения. Хотя поглумиться над противником, показывая свое превосходство, или поиграть с жертвой и для них было вполне обычным поведением.
Проведя простейшую аналогию, можно было сделать вывод, что к моменту достижения уровня васто лорде у пустых пробуждался и третий инстинкт. Конечно, беременный васто лорде — это даже не смешно, но ведь не стоило забывать, что все пустые рождались из человеческих душ. Из тех существ, которые научились использовать сексуальный инстинкт не для размножения, а для собственного удовольствия.
Правда, желающих расспросить васто лорде об их личной жизни как-то не находилось.
Заэль Апорро в своем самостоятельном развитии таких вершин не достиг. Зато с помощью бывших шинигами и их Хоугиоку сумел сразу перескочить на следующую ступень. В Уэко Мундо были свои легенды о сломавших маски, но если в существовании васто лорде никто не сомневался, то существование безмасочников, увеличивших от этого свою силу, считалось чем-то вроде байки. Любой пустой знал, что повреждения маски — самое опасное, что может с ним случиться. Думал так и сам Заэль, пока не испытал этот процесс на себе.
Возможности новой формы оказались восхитительны. Арранкаризация позволяла не тратить время на охоту из-за опасности регресса, повышала силу и увеличивала количество реяцу — не говоря уж о ее влиянии на интеллект. Подумать только, совсем недавно Заэль не смог бы понять большую часть своих нынешних изобретений, не то что повторить их.
Увлеченный открывшимися возможностями, Гранц не сразу понял, что были у формы арранкара и свои неприятные моменты. Нет, она не пробуждала воспоминания о человеческой жизни — да и какими бы были эти воспоминания у сущности, слившейся из огромного количества душ? — но основные черты, свойственные ведущей личности, сформировавшей адьюкаса, проступали гораздо более явно. В большинстве своем сильными пустыми становились любители подраться, в этом не было ничего удивительного. Для них арранкаризация меняла не слишком многое.
Заэлю не повезло дважды.
Его основная черта оказалась для пустых несколько… нестандартной. Достаточно было сравнить названия занпакто — Форникарас* уж точно нельзя было поставить в один ряд с «Пантерой», «Высокомерным», «Чернокрылым демоном» и прочими клинками Эспады. Впрочем, на это Гранцу было наплевать — он всегда считал себя выше тупых дуболомов, только и способных занпакто махать.
Гораздо более неприятным оказалось то, что место расположения дыры у Заэля тоже было нестандартным*. Как ученый он был готов игнорировать этот факт — на ясность мышления такое положение дыры влиять не должно было — но проклятые инстинкты не давали покоя. Они давили, затуманивали ясность мысли, тело требовало своего и отвлекало от исследований, а невозможность удовлетворения этих желаний попросту сводила с ума. Некоторое облегчение приносил ресурексион, но его было нельзя использовать слишком часто и без весомого повода.
Временами Заэлю казалось, что он хочет убить Айзена, проводившего арранкаризацию, гораздо сильнее Баррагана.

***

Вторжение чужаков на территорию Лас Ночес Заэля заинтересовало, а приказ не покидать свои покои особой проблемой не стал. В отличие от того же Ноиторры, Октава был достаточно умен, чтобы нужные противники сами пришли к нему. Достаточно сильные, чтобы поиграть с ними… и достаточно изученные, чтобы эта игра не была опасной для самого Заэля. Это только квинси мог считать, что он сам нашел место к полю боя, а хозяин апартаментов его не заметил. Такая наивная самоуверенность… а уж предположение, что Октава Эспаду можно убить одной-единственной стрелой, Заэля порядком развеселило. Он даже почти решил ограничиться только первым действием спектакля, но тут красноволосый шинигами примотал себя к Октаве при помощи собственного занпакто. Поза вышла довольно двусмысленной, и если бы шинигами вместо кидо в упор выбрал другой вариант действий, Заэль мог бы даже продемонстрировать некоторые свои небоевые таланты… Но все равно эти двое оказались достаточно сильны, чтобы использовать ресурексион.
Активация Форникарас прокатилась по телу привычным удовольствием, сорвав с губ сладкий стон. Можно было бы и сдержаться, но зачем? Распутница любила зрителей, и Заэль показательно облизнулся — пожалуй, это стоило еще как минимум одного действия. Впрочем, самое приятное он оставил напоследок.
Поглощение противников Форникарас, пусть и временное, доставляло ему удовольствие, сравнимое с сексом. Заэль даже не мог определить, что приятнее — эта фаза или полная власть над противником, его беспомощность и вопли боли, когда части куколки медленно крошатся под пальцами… Первым в кокон попал квинси. Уж больно хорош он был, чтобы оставлять его на потом. Весь такой самоуверенный, холодно-неприступный… Заэлю нравилось, когда его глаза пораженно округлялись после того, как очередная атака оказывалась бессмысленной. А уж его трепыхание в коконе Форникарас можно было сравнить по силе ощущений с активацией ресурексиона. Такая сладкая беспомощность, такая восхитительно гладкая кожа, острые вспышки реяцу, которой было слишком мало, чтобы вызвать что-то, кроме дразнящих покалываний.
Заэль не раз жалел, что не может продлить пребывание своей жертвы в коконе, получить еще больше таких волнующих ощущений бьющегося в тисках Форникарас тела, изучить его щупальцами гораздо подробнее, проникнуть максимально глубоко. Но и того, что было, хватало, чтобы заставить его дыру сладострастно пульсировать. О, да-а-а… мальчишка, сломанной куклой упавший на камни, еще не знает, что этой куклой и стал. Вот так… покровительственно провести пальцем по щеке, давая понять… щелкнуть по лбу, наказывая слишком много возомнившую о себе игрушку… насладиться ужасом красноволосого шинигами, решившего, что его товарища сейчас разорвет пополам. Добраться до главного, поглаживая и перебирая яркое содержимое куколки, зная, что квинси сейчас чувствует каждое прикосновение, каждое движение пальцев. Медленно, почти ласково, усыпляя бдительность… и резко сжать пальцы, ломая выбранную часть. Вопль боли прошелся по телу жаркой волной. Впрочем, не стоит спешить, иначе удовольствие закончится слишком быстро. У него ведь есть и вторая игрушка…
Шинигами был не так хорош, как квинси, зато сопротивлялся куда более отчаянно, и реяцу у него тоже было гораздо больше. Банкай на пустом месте не получишь… Заэль никогда не любил таких прямолинейных вояк вроде того же Ноиторры, но тем слаще было чувствовать их в своей власти, ловить испуганно расширенные глаза и стекающие по лицу капли пота, пить проступающее понимание ими своей беспомощности.
О да-а, это стоило разрушенных покоев…

***

Исида уже успел убедиться, что на фоне большинства шинигами Куросаки является прямо-таки образцом логики и здравого смысла. То, что пустые еще более безумны, Урюу не слишком-то удивило. Однако нынешний выделялся даже среди них.
Исида честно не обратил внимания на розовые волосы — такая мелочь не стоила того, чтобы отвлекаться от боя. Противный гнилостно-сладкий привкус реяцу тоже не заставил насторожиться… по крайней мере, иначе, чем стоило бы опасаться сильного противника. А этот противник не мог быть слабым, плачевное состояние лейтенанта шестого отряда свидетельствовало об этом более чем ясно. Поэтому Исида не слишком-то надеялся устранить его парой выстрелов.
Короткий бой дал понять, что противник любит подлые приемы и вообще довольно сильно напоминает безумного ученого Куроцучи Маюри. Урюу почти ждал, что тот предложит добровольно пойти к нему в подопытные с условием постоянной кормежки и щадящего режима экспериментов, но арранкар до такого, видимо, еще не дорос. Пожирание Октавой своего фрасьона на фоне этого сходства вышло почти ожидаемым.
В первый раз психика Урюу чуть дрогнула в момент применения арранкаром ресурексиона. Настолько… непристойной активации занпакто ему еще видеть не доводилось. И эти звуки, издаваемые Октавой… Да, Урюу был квинси, обладал высоким хладнокровием и имел большую практику общения с Рюукеном. Но кроме этого он был еще и подростком со всеми радостями гормонального буйства, а стоны Заэль Апорро, как и хлюпающие звуки его ресурексиона, можно было смело пускать на озвучку порно. А еще эти трубки-щупальца и разморенный, можно даже сказать — томный вид Октавы… Исида усилием воли встряхнулся и сосредоточился на бое.
Октава оказался очень неприятным противником. Эти его штучки с клонами, запретом и возвращением отдельных способностей противников начинали бесить. Урюу и Абарай выматывались все сильнее, а розововолосый пижон наслаждался представлением, сидя на своем кресле-троне! И облизывался. Урюу, краем глаза заметившего этот жест, натуральным образом передернуло.
Когда Ренджи при помощи банкая сломал проклятую комнату-ловушку, Исида был ему благодарен, даже несмотря на придавивший его камень. Сразу стало легче дышать, да и приторная реяцу Заэля словно бы уменьшила свою концентрацию. Появилась надежда все же одолеть арранкара, а в крайнем случае отступить в сторону Куросаки и объединить с ним силы.
А потом Урюу попался в кокон. Он мог ожидать чего угодно — шипов или зубов на внутренней стороне захвативших его красных выростов, плеснувшей кислоты или банального сжатия до переламывания тела в кровавую кашу… Но никак не того, что кокон вдруг выпустит множество тонких щупалец, которые начнут пленника самым натуральным образом лапать! Исида задергался, пытаясь освободиться, хотел закричать… но открывать рот оказалось очень плохой идеей. Щупальца немедленно влезли и туда, дернулись и дальше к горлу. Попытка откусить мерзость ничего не дала — отростки оказались слишком прочными для человеческих зубов. И лезли буквально везде, совершенно не обращая внимания на одежду. Урюу задыхался — от омерзения и банальной нехватки воздуха — и мысленно клялся себе, что никогда, никогда больше не будет смотреть хентай с тентаклями!
Уже потом он понял, что пробыл в коконе от силы секунд десять. Но и этого хватило, чтобы почти перестать воспринимать реальность, все еще чувствуя на себе фантомные прикосновения щупалец. Если бы не присутствие Абарая, прийти в себя было бы намного сложнее. Но красноволосый шинигами, как и Куросаки, относился к тем, чье присутствие очень сложно игнорировать. А главное, его тяжелая алая реяцу, вызывающая у Исиды ассоциации с острым перцем, ничуть не была похожа на липкую, приторно-сладкую реяцу Октавы, в которой Урюу буквально искупался. Это помогло быстрее прийти в себя, но остаточные ощущения от мерзких щупалец очень быстро сменились такими же фантомными, но гораздо более опасными прикосновениями Заэль Апорро к полученной куколке. И если несильно сдавившую его руку Урюу еще мог относительно спокойно перенести, то когда Октава открыл куколку и запустил свои длинные пальцы внутрь…
— Видишь? Они похожи на игрушки. С их помощью можно получить большое удовольствие…
Исида, на свою беду, обладал очень живым воображением. И чувство ме-едленно ощупывающих его изнутри пальцев, тон Заэля и сказанные им слова заставили представить натуральный хентай. Это Абарай мог не среагировать на столь прозрачные намеки — как-никак сто лет назад на земле еще не была настолько развита секс-индустрия. А Урюу не мог отделаться от ощущения, что его вот прямо сейчас попросту поимеют. Боль, ударившая по нервам после того, как Заэль раздавил первую «игрушку», избавиться от этого противного чувства не помогла. И только мысль, что при таком раскладе они могут попасть в руки Октавы живьем, заставляла держаться.
Появление Куроцучи можно было сравнить с приходом в мир благих ками. А уж когда капитан победил Заэль Аппоро, Исида был почти готов его расцеловать.
В основном за то, что Куроцучи Маюри удовлетворял за счет подопытных только свое любопытство, а не сексуальные инстинкты.

@темы: Фанфики, Уэко Мундо, Ренджи, Ишида, Заэль, Арранкары, Ангст, R